Рассылка

Год издания: 1892

Период : Александр III Александрович

Свод Законов Российской Империи повелением Государя Императора Николая Первого составленный.. Том 13. Уставы о народном продовольствии, общественном призрении и врачебный..

"Отличное состояние книги, сохранен переплет своего времени, полукожанный , корешок тиснен золотом. Накладывало свой отпечаток  на  социальную  политику  правительства  и нарастание в стране революционного движения.  Чтобы  успешнее  противостоять своим  политическим  противникам  в  борьбе  за  массы,  власти  ..."

Подробнее


Автор: Император Александр III Александрович

Император Александр III Александрович

Издатель: Издание Кодификационного отдела при Государственном Совете

Издание Кодификационного отдела при Государственном Совете

1 шт на складе

Внимание: ограниченное количество товара в наличии!

184 €

Цена снижена!

-30%

263 €

Отличное состояние книги, сохранен переплет своего времени, полукожанный , корешок тиснен золотом.

Накладывало свой отпечаток  на  социальную  политику  правительства  и нарастание в стране революционного движения.  Чтобы  успешнее  противостоять своим  политическим  противникам  в  борьбе  за  массы,  власти   стремились активизировать  и  распространить  шире  свою  традиционную   попечительскую политику,   которая   рельефно   проявлялась   прежде   всего   в   создании соответствующей законодательной базы. Именно в ней нашла отражение   система социальной помощи российского государства в тот период. В свою  очередь  она отражает  форму  государственного  устройства  в  определенном  историческом отрезке времени. С этим выводом одного из современных  исследований  истории благотворительности в России нельзя не согласиться.

Созданная в России к концу XIX в. система государственно-общественного призрения, благотворительности  опиралась  на  российское  законодательство, отражавшее политику самодержавия в этом  вопросе,  практику  взаимоотношения властей  с  филантропическими  организациями.   Наибольшее   число   статей, касающихся общественного призрения, было  сгруппировано  в  т.  XIII  "Свода законов Российской империи". Отметим также важные  статьи,  помещенные  в XIV   томе   и   вошедшие   в   "Устав   о   предупреждении   и   пресечении преступлений", а также в "Положении  о  губернских  и   уездных   земских учреждений" (12 июня 1890 г.) и в "Городовое  Положение"  (11  июня  1892 г.).

Положения  Свода   законов   по   вопросам   общественного   призрения свидетельствуют о том, что правительство  поощряло  пожертвования  в  пользу

благотворительных учреждений.  Об  этом  свидетельствует  специальный  пункт (20)  "О  подаяниях,  пожертвованиях  и  завещаниях   в   пользу   заведений призрения". Согласно ему  учреждениям  общественного  призрения  разрешалось принимать подаяния, причем двоякого рода: 1) для нищих и  убогих  и  2)  для богоугодных  заведений.  Подаяния  собирались  путем  кружечного   сбора   и контроль по сбору пожертвований  осуществлялся  губернатором  и  губернскими земскими управами. Законом предусматривалась и строгая отчетность  по  сбору денег.  При  этом  обращалось  внимание  на  нравственный   аспект   частных пожертвований.  "При  пожертвовании  от  частных   людей   должно   обращать внимание, - говорилось в Уставе, - на поведение и прежний образ  жизни  лица приносящего, не был  ли  и  не  состоит  ли  под  судом  и  следствием".  Запрещалось  принимать  пожертвования  от   "порочных"   людей,   пытавшихся "прикрыть" прежние  свои  поступки  и  получить  награду  от  правительства.  Приказы общественного призрения в таких случаях были обязаны  обращаться  за разрешением в Министерство Внутренних дел и сообщать туда сведения  о  лице, подающем  пожертвование.   Таким   образом,   здесь   ясно   просматривается дифференцированный подход к вопросам частной благотворительности.

Обращает на себя внимание и ориентация на  гласность  и  открытость  в деле  частной  благотворительности.  Так,  например,   земские   учреждения, принимая пожертвования от  частных  лиц  на  цели  общественного  призрения, обязаны были публиковать информацию о  таких  пожертвованиях  в  специальных ведомостях.

В Уставе дан очень подробный  перечень  тех  конкретных  условий,  при которых   предусматривалось   взыскание   штрафных   и   пенных   денег   на благотворительные цели, получения так называемых хозяйственных  и  случайных доходов.  В  пункте  44  указывалось:  "К   хозяйственным   доходам,   на общественное призрение предназначенным, принадлежат деньги, поступающие:  1) за призрение  и  содержание  в  заведениях  общественного  призрения  имущих людей, нижних чинов военных и других ведомств; 2)  от  учрежденных  при  сих заведениях аптек; 3) от фабрик, заводов и  других  хозяйственных  заведений; 4) от работного дома за производимые содержащимися в оном  людьми  работы  и изделия; 5) за отпуски свыше определенного  времени  чиновников,  получающих жалованье из сумм общественного призрения.

      Что  же  касается  случайных   доходов,   предназначенных   на   нужды общественного  призрения,  то  здесь   имелись   в   виду   так   называемые апелляционные  суммы,  пошлины,  деньги,  полученные  от   продажи   имения, оставшегося  в  качестве  погашения  долгов  умершего  и   т.п.   При   этом подчеркивалось,  что  денежные  средства  должны  использоваться  строго  по назначению и что условия и размеры денежных пособий устанавливались  земским собранием на основе соизмеримости  доходов  и  расходов.  Как  отмечалось  в Уставе, благотворительные заведения не  должны  увлекаться  "великолепием  и излишествами", т.е. высказывалась  мысль  о  скромности  и  достаточности  в расходах,  об  ограничении   ненужных   расходов.   Сметы   на   потребности общественного призрения  должны  быть  составлены  земскими  учреждениями  и утверждены на тех же основаниях, что и общая земская смета.  В  соответствии с общими правилами Положения о земских учреждениях  (1864  г.)  должно  было осуществляться приобретение, отчуждение имущества,  строительство  и  ремонт зданий и т.д.

Законом регламентировалось и само  учреждение  приказов  общественного призрения  их  состав  в  тех   губерниях,   где   не   было   земств.   Оно осуществлялось под председательством губернатора. Определялся  и  социальный состав, сословное представительство  в  приказах  -  по  одному  от  каждого сословия,  а  именно  от  дворянства,  губернского  городского  общества   и поселян. В состав приказов входили и надзиратели богоугодных  заведений, и  губернские  врачебные  инспекторы,  принимавшие  участие   в   обсуждении вопросов о благоустройстве больниц, находившихся в ведении  приказов.  Члены приказов  увольнялись   Министерством   Внутренних   Дел,   штаты   приказов формировались в соответствии с его распоряжениями. Весьма подробно  расписан и порядок производства  дел  в  приказах.  Власть  приказа  распространялась только на определенную губернию, где он учрежден и "приказ не  входит  ни  в какие  дела,  другим   местам   порученным".   Все   вопросы   должны   были рассматриваться коллегиально. По Уставу ограничивались  полномочия  и  права губернаторов,  которые  не  могли  распоряжаться  в   приказах   "давать   к исполнению свои предложения". В обязанность ему  вменялось  "предлагать  все на  общее  суждение"[23].  Вместе  с  тем  все  распоряжения  по  приему   и увольнению людей из заведений, все дела по отчетности осуществлялись  только с  ведома  губернатора.  Централизация  решения  вопросов  налицо.   Уставом определялись и функции тех чиновников, которые приглашались  для  участия  в работе  приказов,  в  частности  медицинских  работников.  Они  имели  право присутствовать при рассмотрении  только  тех  вопросов,  "кои  относятся  до устройства  заведений  и  до  продовольствия,  лечения,  приема  и   выпуска призреваемых  в  оных  людей".  В  обязанности  дворянских  предводителей  и городских голов, входивших в состав приказов, включалось информирование  ими о положении дел на местах. Они обязаны были также  "представлять  приказу  о всем том, что  к  пользе  тех  мест  признают  нужным".  О  централизованном характере  управления  приказами  свидетельствует  и  положение   (98),   по которому  Министерство  Внутренних  Дел  по  согласованию  с   Министерством финансов  и  Государственным   Контролером   представлялось   право   давать предписания, указания по вопросам, связанным с приходно-расходными  сметами.  Специальное положение (100) раскрывало подчиненность приказов  общественного призрения. В нем говорилось: "Приказы с  принадлежащими  к  ним  заведениями подчиняются Правительствующему Сенату и Министерству Внутренних Дел".  В обязанности приказов входило принимать указы от Императорского Величества  и Сената,  исполнять  распоряжения  Министерства  и  предложения  губернатора.  Здесь же отмечалось, что приказы "никому  иному  не  подает  и  не  посылает рапортов"[25]. Приказы имели право обращаться в городскую и уездную  полицию с различными предложениями и получать в ответ уведомления.

Ответственность за деятельность приказов возлагалась  на  губернатора, поскольку он "главнейше участвовал во  всех  предметах".  Именно  губернатор обязан был  следить  за  соблюдением  законности,  за  выполнением  приказом правил и предписаний высшего  начальства.  Ответственность  же  за  отчетную документацию,  ее  своевременное  оформление  несли   все   члены   приказа, "составляющие присутствие оного", а равно и бухгалтер, обязанный  составлять отчет. Медицинские  чиновники,  присутствовавшие  в  приказах  временно,  от такой ответственности освобождались[26].

Управление заведениями общественного призрения по  закону  возлагалось на губернские и уездные  земские  учреждения  (Полож.  176).  В  примечании, однако, сделана оговорка о том, что  в  местностях,  в  которых  не  введены земские   учреждения,   управление    заведениями    принадлежит    приказам общественного  призрения  или  заменяющим  их  установлениям.   Значительное внимание в Уставе уделялось  вопросам  медицинского  обслуживания  беднейших слоев населения. Большие обязанности в этом вопросе возлагались на  земства.

В введении приказов общественного призрения  находились  больницы  для содержания и лечения больных обоего пола. Больницы подчинялись  Медицинскому Департаменту Министерства Внутренних  Дел.  Местный  надзор  над  больницами возлагался  на  губернские  врачебные   управления.   Инспекторы   врачебных управлений  обязаны  были  несколько  раз  в  год   "обозревать   больничные заведения", т.е. проверять  и  контролировать  их  деятельность.  Инспекторы имели  право  также  вникать  не  только  непосредственно   в   медицинские, врачебные вопросы, но и в хозяйственные проблемы, от решения  которых  также зависело  состояние  здоровья  призреваемых.  Для  управления  больницами  и решения лечебных, хозяйственных вопросов предусматривался штат  смотрителей, надзирателей,  разных  приставников  и  служителей,  а   также   медиков   и фельдшеров.

В больнице общественного  призрения  принимались  бесплатно  бедные  и неимущие  люди  всякого  звания   (подч.   автором).   В   положении   (199) оговаривалось, что имущие больные  также  имели  право  на  лечение  в  этих больницах, но только в том случае, если там имелись  свободные  места  и  за умеренную плату. Плату за лечение неимущих должны были вносить те  ведомства и общества, к которым они принадлежали. В особых случаях,  например,  во время  холерных  эпидемий,  все  заболевшие  принимались  в   эти   больницы бесплатно.  В  Уставе  дан  очень  подробный  перечень  лиц,  имевших  право бесплатно лечиться в больницах  общественного  призрения:  1)  состоящие  на службе чиновники и канцелярские служители, получавшие не свыше  300  руб.  в год и не имевшие других средств к жизни.  К  этой  же  категории  относились чиновники и  канцелярские  служители,  пользовавшиеся  пенсией  в  таком  же размере и также не имевшие других  средств  к  жизни;  2)  отставные  нижние служители казенных ведомств; 3) мещане, не имеющие недвижимой  собственности в том городе, где учреждена больница, равно мещане, иногородние; 4)  местные купцы и  мещане,  имеющие  недвижимую  собственность,  если  в  пользу  этих больниц поступали денежные от них сборы, а именно не из  городских  доходов, а собственно от купеческих и мещанских обществ; 5)  люди  других  состояний, кои, получая незначительное содержание  от  службы  или  своих  промыслов  и обремененные  пропитанием  больших  семейств.  В  последнем   случае   закон предполагал снисхождение к этим лицам и уважение к их  положению.  Больницам общественного призрения вменялось в обязанность лечение  таких  больных.

В больницах общественного призрения допускалось амбулаторное  лечение.  Законом предусматривалось право на такое лечение для лиц, несущих  службу  в военно-сухопутном и военно-морском ведомствах и для членов их семей.  Причем эти льготы распространялись не только на лиц с низшим воинским  званием,  но и на генералов, адмиралов, офицеров, состоявших на  действительной  воинской службе. Чиновники, духовные лица различных вероисповеданий, находившиеся  на службе в управлениях и  заведениях  военного  ведомства,  все  чины  запаса, медицинские  служащие,  сестры  милосердия,  воспитанники  военных   учебных заведений, студенты императорской  военно-медицинской  академии  также  были включены в перечень лиц, на которых распространялись льготы. Особым  образом были отмечены права на бесплатное лечение  отставных,  числящихся  в  запасе раненых и увечных чинов, имевших соответствующие удостоверения.

За лечением больных, относящихся  к  военному  ведомству,  должен  был осуществляться контроль. В положении 224 отмечалась  необходимость  строгого соблюдения медицинского обеспечения снабжения медикаментами воинских  чинов.  "Ни под каким видом" не разрешалось использовать эти  медицинские  средства, предназначенные для военных чинов, на нужды гражданских лиц,  находящихся  в больнице. Контроль за этим должны  были  осуществлять  губернские  врачебные управления. Как видим, военные  чины  пользовались  особыми  привилегиями  в медицинском обслуживании.

Законом предусматривалась строгая документальная отчетность по лечению больных. Так, например,  Устав  предусматривал  по  истечение  каждого  года Министерству  Внутренних  дел  собирать  сведения  по   губерниям,  а  затем составлять сводную общую таблицу расходов с тем, чтобы  по  этой  таблице  в следующем году была произведена плата. В связи с такой постановкой дела  все заведения общественного призрения обязаны были по определенной форме  делать соответствующие расчеты расходов  на  каждого  больного.  Обращает  на  себя внимание подробное, детальное изложение всех возможных обстоятельств  оплаты за лечение, которые нашли отражение в специально сформулированных  правилах.  Эти правила предусматривали сдачу в наем помещений  для  больниц,  снабжение их медикаментами, перевязочными материалами и т.п.

Неизлечимо больные, не имевшие  крова,  прокормления,  призревались  в специальных домах. Такие дома создавались,  в  частности,  для  умалишенных, которые  содержались  в  соответствии  с  разработанными  инструкциями.  При учреждении заведений для таких больных  в  целях  безопасности  должен  быть избран отдельный дом, "довольно пространный и кругом крепкий, дабы никто  из содержимых не мог убежать". В положении по поводу призрения и  лечения  этой категории лиц особое  внимание  уделялось  нравственному  аспекту.  Персонал должен быть в таких домах пристойным, добросердечным, твердым  и  исправным.  Неимущие умалишенные  принимались  на  лечение  бесплатно,  а  имущие  -  за умеренную плату. "Приставники  и  прислуга  должны  обходиться   с  больными человеколюбиво", - говорилось в Уставе.

Для подготовки специальных  медицинских  кадров  -  фельдшеров  -  при крупных больницах общественного призрения создавались фельдшерские школы.  В Уставе по этому поводу четко определена  цель  создания  этих  школ  -  "для удобнейшего снабжения гражданских общественных и частных  больниц  и  других заведений  с  ведущими  в  сем  деле  людьми"  (Полож.  267)[33].   Учебными вопросами  в  них  занимался  старший  врач  больницы,  а  хозяйственными  - смотритель больницы. Они, в свою  очередь,  подчинялись  губернской  земской управе. Надзор за воспитанниками осуществлялся одним из  врачей,  что  также утверждалось губернской земской управой.  Финансирование  фельдшерских  школ осуществляло
  • Переплет книги: Полукожаный
  • Год издания: 1892
  • Формат размера издания: Издание стандартного формата(от 120х165 до 170х240мм)
  • Автор: Период : Александр III Александрович
  • Сохранность лота: Отличная
  • Издатель, типография: Издание Кодификационного отдела при Государственном Совете
  • Место издания: С.-Петербург
  • Количество страниц: около 300
  • Инвестиционный - коллекционный рейтинг по Obook.ru: 4

  • Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 1 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 2 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 3 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 4 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 5 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 6 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 7 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 8 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 9 Инвестиционно-коллекционный рейтинг по Obook.ru = 10
    Подробнее о коллекционном рейтинге по Obook.ru

ПОХОЖИЕ ИЗДАНИЯ: 240 похожих товаров найдено в продаже.

Свяжитесь с нами

Телефон магазина

Телефон:+371 20 511 000

Электронная почта

Популярные товары

PayPal